Всё об организации
и продвижении событий

Подготовка событий Проведение событий Интервью Корона-кейсы Онлайн-ивенты

Стримфест: «Ноль — это новый плюс»

Поговорили с командой Стримфеста о том, как ей удалось эффективно перенести офлайн-фестиваль в онлайн и собрать на поддержку врачей в пандемию 2 млн рублей.

Какие планы были до пандемии? В какой момент вы поняли, что все летит в пропасть и надо срочно перепридумывать историю?

Михаил Лисецкий, директор фестиваля Стримфест: Обычно фестиваль проходит в конце апреля, и активная подготовка к нему началась как раз в те дни, когда мир заговорил о коронавирусе. Несколько недель мы шли на встречных курсах и в начале марта на полной скорости влетели в необходимость переноса ивента. Было больно. А планы на этот год строили масштабные. В 2019 мы переехали в Технопарк «Сколково», стали из однодневного фестиваля двухдневным, и организационно это было очень сложно. Мы нацеливались, что юбилейный пятый Стримфест будет тем идеальным событием, которое рисовали в своем воображении в самом начале пути.

Алёна Лисецкая, исполнительный директор фестиваля Стримфест: Фестиваль был очень важен с точки зрения бюджета. Он каждый год растет в два раза по основным показателям, но говорить о стабильной прибыли от проекта рано. Мы начали в 2016 году на свои деньги в Технополисе «Москва». Бюджет был чуть меньше миллиона. Фестиваль шел один день, и мы собрали около тысячи человек на 700 кв. м. В 2017 к нам пришло 3500 человек, мы арендовали 3000 кв. м. В тот раз мы вышли в ноль. В 2018 году провели фестиваль уже на 6000 человек и 6000 квадратов, и наконец-то вышли в плюс по итогам трех лет.

После чего стало ясно, что площадка «Технополиса» для нас мала. Там замечательная команда и конгресс-центр, но мы выросли, и нам уже нужен был другой масштаб.

Это боль офлайн-ивентов нашего уровня. В Москве нет нормальной крытой площадки на фестивали среднего размера: локации рассчитаны либо до 3000 человек, либо сразу на 50 000, как Crocus City Hall. На 10 000-15 000 ничего подходящего нет.

Мы решили пойти в «Сколково», потому что это новая, красивая и многофункциональная площадка с крутой командой, которая пришла из ивент-бизнеса, а значит, понимает наши нужды. Но и затраты на переезд оказались очень большими. Плюс нужно было как-то доставлять туда людей, потому что на тот момент в «Сколково» не ходило легкое метро. И площадка диктовала другой уровень застройки, коммуникации и логистики.

М.Л.: Со стороны партнеров также формировался запрос на двухдневный фестиваль. Застраиваться на одни сутки им было уже неинтересно и отрабатывать всю нашу аудиторию за один день они уже не успевали.

А.Л.: В итоге в 2019 году мы прыгнули выше головы, потому что фестиваль шел два дня вместо одного и люди приезжали не на метро, а на оплаченных нами автобусах. Это было очень дорого. В 2019 мы арендовали больше 8000 кв. м, к нам пришло больше 7000 человек.

М.Л.: В результате появилось понимание площадки, которое нельзя получить, не проведя на ней хотя бы одного ивента. Мы столкнулись с незапланированными тратами. Увеличение ивента до двух дней означало повышение расходов не в 2 раза, а в 2,7. Это серьезно. Но к началу 2020 все складывалось очень хорошо: до «Сколково» запускали метро, мы увеличили команду и сумели привлечь крупных партнеров. Все удачно смыкалось как раз на апреле.

А.Л.: Но в январе мы вернулись из Таиланда и стали живыми свидетелями того, как разрастается пандемия. У нас были пересадки, мы видели в аэропорту перепуганных людей в масках, дезинфицирующие гели и жидкости были распроданы во всех киосках.

М.Л.: Там уже была паника, но до России она не доходила ни в каком виде.

А.Л.: Мы знали, что в Китае введен локдаун, и понимали, что при современной транспортной доступности коронавирус выйдет за пределы страны. Поэтому в феврале начали разговор со «Сколково» о том, что у нас, возможно, тоже введут карантин. Тогда почти все подрядчики и партнеры воспринимали такую вероятность с юмором. В итоге локдаун добрался и до Москвы.

М.Л.: Нашим первым действием было перенести ивент на июль. Мы надеялись, что фестиваль действительно пройдет летом. И понимали, что, пока события-тяжеловесы слетают в никуда, мы, как ивент в средней весовой категории, можем в какой-то степени двигаться по календарю. Мы даже не меняли даты по числам: 25-26, но не апреля, а июля. На баннере просто перечеркнули «апрель», а сверху написали «июль».

Для комьюнити это был первый перенос. Кто-то его едко воспринял, но большинство комментариев были со словами поддержки.

А.Л.: Меня, честно говоря, это больше всего удивило, потому что до нас отменилось довольно много мероприятий, и комьюнити ивентов плохо реагировало на такие новости. А наши участники, наоборот, сказали: «Слушайте, это так круто, мы так хотели поехать, но нам было страшно, вы только что за нас решили большую проблему. Мы с радостью приедем в июле».

За счет переноса мы продолжили общаться с партнерами, подрядчиками и площадкой и получили благодарность от комьюнити, что было удивительно.

Несмотря на пересмотр договоренностей, нам удалось сохранить хорошие отношения и с подрядчиками, и с партнерами. Мы оставили предоплату тем подрядчикам, которым уже ее перевели, понимая, что они тоже сидят на нуле, и договорились о переносе услуг на следующий фестиваль. Обязательства по отношению к партнерам мы в итоге частично выполнили за счет Стримфеста LIVE, а частично перенесли на будущий офлайн-фестиваль.

Ну и, конечно, объявили посетителям, уже купившим билеты, что они могут их вернуть. Мы сидели в кассовом разрыве, но понимали, что не вернуть билеты не можем. Поэтому мы сказали: «Ребята, если вы не хотите приезжать, если вы боитесь, пишите, мы вернем вам деньги за билеты в любой момент». Это выиграло нам время, сохранив от волны возвратов, потому что люди успокоились, узнав, что могут получить свои деньги обратно, как только захотят. В итоге возвраты билетов растянулись на три месяца, а некоторые перенесли билеты на 2021 год.

Мы также договорились со «Сколково», что если запрет на массовые мероприятия продлится, они перенесут договоренности и оплату на 2021 год без штрафов. Это был очень важный встречный шаг, и «Сколково» само предложило такие условия. Мы им очень благодарны.

М.Л.: Мы до последнего хотели сделать фестиваль офлайн. Нельзя сказать, что нам вообще нравился формат онлайн-мероприятий. Ведь наша ценность как раз в обратном — в переносе онлайна в офлайн, развиртуализации стримеров и организации живых встреч с их аудиторией.

В марте-апреле началась череда наскоро слепленных онлайн-ивентов и встреч. Было понятно, что к лету все устанут от zoom-чатов без элемента шоу и будет запрос как минимум на интересную картинку, а не просто на лица в кадре.

Но в итоге, конечно, мы сделали онлайновый Стримфест LIVE в те самые июльские даты, на которые смещались с офлайном. Нам важно было сохранить теплый контакт с комьюнити, а просто отказаться от проведения какого-либо Стримфеста в 2020 году означало подвести ожидания участников и их поклонников, а этого мы не хотели.

А.Л.: Да, потому что мы именно фестиваль комьюнити. Наша core-аудитория — это преданные фанаты стримеров.

М.Л.: Кроме того, была необходимость закрыть кампании с партнерами, которые продолжались и продлевались. Особенно требовали завершения кампании, связанные с продуктами. Например, StreamCam от Logitech — новая стримерская камера, которая выходила на рынок летом и требовала продвижения.

Еще нам захотелось протестировать аудиторию для новых партнеров по интересной цене. Понятно, что любой заход в офлайн с учетом аренды и застройки — дорогое удовольствие, онлайн всегда дешевле. В результате у нас появилось несколько новых партнеров по итогам LIVE.

А.Л.: Наконец, в разгаре были две наши собственные кампании, первая — благотворительная — СпасибоДоктор. С апреля мы со стримерами собирали деньги на средства защиты для врачей и очень прониклись процессом. На Стримфесте LIVE мы хотели завершить эту социальную историю. Вторая кампания — премия Streamfest Awards, которую мы хотели провести в «Сколково» в дорогом шоу-формате в конференц-зале «Казан». Но очень хорошо, что в итоге протестировали ее онлайн.

М.Л.: Для нас было отдельным вопросом, где проводить онлайн-фестиваль, на каком канале. Стримфест сам по себе не стримит на Twitch, у нас есть лишь технический канал, с него мы транслируем раз в год программу главной сцены.

Поэтому мы решили вести трансляцию на канале инфлюенсера. Им стала Вика Картер. Она мировая рекордсменка Twitch. Как раз во время локдауна Вика поставила невероятный рекорд: в течение месяца стримила больше 600 часов.

А.Л.: Если посчитать, она спала где-то 4 часа в день.

М.Л.: Она не стримила свой сон, бодрствовала на всех эфирах. И мы поняли, что тот марафон, который собираемся устроить мы, как раз для нее.

Трансляция была на Twitch?

М.Л.: Да, трансляция Стримфеста была на ее Twitch-канале. У этого решения были плюсы и минусы: кто-то не понял идеи, кто-то не любит Вику, хотя у нее очень хорошее комьюнити и дружеские отношения со всеми стримерами. Кто-то посчитал, что мы должны были принципиально вести фестиваль только на своем канале. Угодить всем невозможно. Но по факту Вика стала точкой входа для всего комьюнити, чтобы можно было прийти и посмотреть фестиваль. К тому же Twitch сделал нам фичер: в первый день эфира мы оказались на главной странице сервиса, в так называемой карусели, найти нас было несложно.

А.Л.: Мы очень рады, что решили делать трансляцию именно с Викой. Ее понимание, желание помогать, втягиваться и работать вместе с нами плечом к плечу было удивительным.

М.Л.: Оно было беспрецедентным. Ведь мы в этой ситуации должны были переодеть под свои нужны весь ее канал. Да, всего на два дня, но далеко не каждый инфлюенсер согласится на такое.

А.Л.: Меняли все баннеры, настроили очень болтливого чат-бота, наложили оверлей с большим количеством рекламы. А в самой трансляции показывали контент, который, возможно, она сама бы не стала делать, потому что он не очень подходит именно ее аудитории. Это был большой эксперимент для всех. Я не уверена, что мы все повторили бы его в таком виде еще раз, но Вика во всем нас очень поддерживала.

Как именно готовилась трансляция?

А.Л.: У нас было небольшое преимущество в технической части по сравнению со многими другими организаторами. Мы делаем стриминговый фестиваль. Во время ивента на офлайновой площадке работает одновременно больше 40 стрим-позиций, организуется множество эфиров, и мы понимаем, как это сделать технически.

У Михаила еще до Стримфеста был свой видеопродакшн, поэтому он знает, как делать качественную картинку и звук. И у нас был давний партнер в лице Electronic Mushroom, у которого большое помещение в Москве. Они мегапрофи в проведении прямых эфиров. Объединив команды, мы смогли сделать многое.

М.Л.: На их же площадке, где проходил Стримфест LIVE, скоро будет проходить «Игромир». В какой-то степени Стримфест был его репетицией. Идея примерно та же самая: смежные студии, заточенные под разные эфирные форматы, между которыми происходят частые переключения.

А.Л.: Плюс был в том, что мы понимали, как хотим сделать фестиваль технически, у нас была для этого площадка. Минус — мы сильно перевложились в красивую картинку. Мы знали, что это дорого, но решили сделать на это ставку.

М.Л.: Получилось уникальное решение: 3 смежные студии, 8 эфирных форматов — разговорные шоу, челленджи и музыкальные паузы в большой студии, VR-испытания в отдельной зоне, презентации партнерских продуктов и вручения наград Streamfest Awards, игровой марафон. И все это в режиме калейдоскопа, чтобы зритель не заскучал.

Как это работало? Как пользователь выбирал, что ему посмотреть?

М.Л.: Для зрителя расписание уже было собрано, ему не нужно было переключаться, все было на канале Вики. Но частично мы запараллеливали форматы. Например, в малом окне оверлея мы всегда показывали, как идет благотворительный игровой марафон, просто без звука. А когда делали включения из студии марафона, то выводили его уже на весь экран со звуком.

Фестиваль шел в формате беспрерывного телевизионного вещания по 12 часов каждый день. Пользователь знал расписание, за день у нас проходило около 30 активностей: какие-то по часу и больше, но в основном по 10-15 минут. И очень важно было удержаться во всех таймингах.

За сколько вы всю эту историю придумали: месяц, две недели?

А.Л.: Примерно три месяца. Мы отменили апрельский фестиваль в середине марта, и после этого несколько недель у нас просто руки ни на что не поднимались. Мы были совершенно выжаты и не понимали, что будет дальше.

И тут к нам пришло осознание, что, чтобы мир быстрее стал таким, как раньше, нам нужно помогать тем, кто помогает нам — врачам. Среди наших волонтеров есть люди, которые работают на скорой. Мы из первых уст слышали все истории про очереди из скорых, про то, что не хватает масок и что врачи болеют целыми отделениями. И еще для меня это была личная история, потому что я сама из семьи врачей.

М.Л.: Мы запустили благотворительную кампанию СпасибоДоктор. Получился самый молниеносный кейс за всю историю Стримфеста: мы сделали ее за три дня с нуля до работающего лендинга.

А.Л.: В субботу ночью мне пришла в голову эта идея, в воскресенье мы уже созванивались с фондом «Правмир», который покупал средства защиты, и сервисами Добро Mail.ru и DonationAlerts, через которые стримеры собирают донаты. За понедельник мы придумали текст и лендинг, за вторник нарисовали, за среду собрали и запустили. В итоге стримеры собрали 2 млн рублей на маски, перчатки и костюмы защиты врачей, и фонд отправил посылки в 21 больницу.

М.Л.: Как это было устроено: стримеры ставили себе баннер на канал (звездам мы делали именные баннеры), и говорили: «Ребята, кликайте сюда и перечисляйте деньги на помощь врачам». Вместе с донатами люди писали сообщения, они выводились на экран с маскотом кампании — добрым котом-врачом. У многих стримеров эти баннеры остаются до сих пор, мы им очень благодарны. Формально кампания закончена на Стримфесте LIVE, но лендинг работает, деньги все еще собираются и идут в фонд.

А.Л.: Движуха и срочность работы с лендингом вернули нас к жизни. Мы поняли, что даже в пандемию можем делать проекты, и снова заработали в позитивном русле.

М.Л.: В конце апреля мы начали вести с партнерами переговоры про онлайн. Была минимальная работающая модель, которая предполагала использование нескольких студий. Вопрос был только в готовности рынка все это оплатить, потому что сам ивент был бесплатным для просмотра, билеты мы не продавали. Мы понимали, что полтора миллиона рублей — это минимум, который необходим, чтобы сделать наш онлайн.

А.Л.: У части партнеров все маркетинговые интеграции были заморожены, но у других была проблема, что делать с бюджетами. Продукт выходит сейчас, его надо как-то продвигать. А где продвигать, когда привычные каналы коммуникации схлопнулись? Мы честно приходили к ним и говорили, что хотим сделать онлайн, но если не соберем денег, то он не состоится. К концу мая мы увидели, что заинтересованные компании есть.

М.Л.: После этого мы продолжили продажи и привлекли 11 коммерческих партнеров, но не успели привлечь генерального.

А.Л.: Генеральный партнер — это большой бюджет и большое количество интеграций, коммуникаций, придумок. Мы просто не успели. Это очень обидно, потому что интерес был. В итоге мы собрали 3 млн рублей за 2 месяца. Задача была провести онлайн-ивент, закрыть договоренности перед партнерами, сделать праздник для комьюнити. По возможности, перекрыть затраты, которые мы понесли на организацию офлайна в этом году, потому что там были невозмещаемые расходы типа оплаты сотрудников и продвижения.

Собрав 3 млн, мы покрыли расходы на продакшн и закрыли обязательства перед партнерами. Перекрыть затраты офлайна не получилось. Но, как говорят в этом году: «Ноль — это новый плюс».

М.Л.: Главная досада в том, что нам пришлось дать больше прямой рекламы, чем предполагалось. Партнеры приходили в последний момент и им предлагались позиции по принципу: «А вот еще есть 10 минут в рекламных паузах, берете?».

Два часа рекламы распределились по 24 часам двухдневного эфирного марафона. На бумаге казалось, что это немного, но на деле осталось ощущение перенасыщенности рекламой и у нас, и у зрителей. Очевидный совет всем и нам самим на будущее: стараться делать нативные интеграции в контент, заранее их придумывать и готовить. Они, конечно, смотрятся лучше, чем ролики в рекламных паузах.

А.Л.: У нас были готовые идеи, какие интеграции можно сделать, но если говорить про всю цепочку согласования в больших компаниях: сначала в местном офисе, потом в головном, затем еще раз все обсуждается со всеми… На это уходит много времени. И несмотря на то, что и мы, и партнеры не очень приветствуем прямую рекламу, конкретно в этом случае были готовы на нее идти.

М.Л.: Я бы отметил классный нативный кейс, который мы успели сделать с LG. На премии Streamfest Awards у них была одна из специальных партнерских номинаций. Они продвигали игровые мониторы LG UltraGear. Компания сама иронично говорит, что это «ультражирные» мониторы. И мы сделали номинацию «За самые «жирные» достижения в стриминге».

Одним из номинантов была музыкальный стример Ai Mori, которая смогла записать совместный официальный кавер на песню с одним из основателей группы Linkin Park. Это знаковое достижение, в стрим-комьюнити о нем говорили в течение нескольких недель. И за эту песню ее отметили подарочным монитором от LG.

А.Л.: Здорово, когда партнер настолько втягивается в коммуникацию. Он не просто дарит коробку, а понимает, за что он это делает. Топ-менеджер компании вышел с нами в эфир, это было очень круто.

М.Л.: Мы вложили много средств и сил, чтобы это был интересный эфир: использовали хромакей, много графики. Это все сработало в рамках спецноминации.

В итоге было два дня по 12 часов, а сколько человек было в команде, чтобы все это организовать?

А.Л.: Если мы говорим про команду Стримфеста, которая была на эфире и работала там, то это 24 человека: операторы, режиссер эфира, ассистенты, координаторы, гаферы, техники, звукорежиссеры, волонтеры, координатор гостей. А вместе с коллегами из Electronic Mushroom это все 40 человек. И были еще люди, которые занимались продвижением и писали посты.

Core-команда Стримфеста — это 6 человек, но на время офлайнового мероприятия она разрастается до 80, а с волонтерами и подрядчиками — до 400.

На входе в здание у нас был врач, сотрудник скорой помощи, который дежурил по 14 часов каждый день. Он мерил температуру, выдавал маски, измерял оксигенацию крови. Если были какие-то подозрения, мог послушать легкие. Одного человека с температурой мы не пустили.

М.Л.: Мы волновались, что кто-то может заболеть после нашего мероприятия. Но через 18 дней выдохнули свободно — никто не заболел.

А.Л.: Все приходившие на площадку подписывали бумагу, что здоровы и у них не было известных контактов с заболевшими. Мы к этому очень серьезно подошли.

М.Л.: Неожиданный поворот был вот в чем. Стримфест в «Сколково» был гибридным ивентом по умолчанию: больше 100 стримеров на площадке и 2 млн аудитории онлайн. Стримфест LIVE тоже вышел гибридным, но наоборот: онлайн-шоу было в основе, но благодаря коллегам из Electronic Mushroom, которые отдали нам еще и весь второй этаж, получилась дополнительная лаунж-зона для нетворкинга, через которую прошли больше 100 инфлюенсеров. А в завершение ивента там же, на втором этаже, прошла вечеринка, где были как стримеры, так и представители бизнеса. По сути, у нас получился небольшой офлайн-ивент внутри онлайн-события — впервые в нашей индустрии за 4 месяца пандемии.

А.Л.: В моменте на вечеринке было человек 50-60 на весь этаж, потому что мы не хотели толпы. Люди были рассредоточены на площадке. За все время мероприятия в студию и лаунж пришло 250 человек.

Сколько было просмотров за 2 дня фестиваля?

А.Л.: В эфире в общей сложности было 62 стримера, они и стримеры-партнеры фестиваля сделали 126 рехостов, то есть ретрансляций нашего эфира на свои каналы. По итогам было 2,6 млн минут просмотра фестиваля за два дня при пике в 8000 зрителей. И еще было почти 50 000 сообщений в чате. Наша статистика от сервиса Steams Charts, который очень хорошо считает всю подноготную.

Еще у нас была отдельная промокампания с TikTok, который также зашел в Streamfest Awards со специальной номинацией «Стример зрительских симпатий». На странице запущенного по этому поводу челленджа было 16 млн просмотров.

В офлайне есть огромная площадка, на которой полсотни стрим-позиций. С них стримеры выходят в эфир, и каждый вещает на свою аудиторию. Они знают, какой контент их аудитория любит, и дают его.

Как организаторы офлайн-фестиваля с таким опытом, мы ожидали, что если мы тех же стримеров соберем в одном месте в большом количестве и дадим им крутую площадку с камерами, студийным светом и декорациями, чего у них дома никогда не бывает, и скажем им: «Жгите!», они будут жечь.

М.Л.: Офлайн-фестиваль — это «мы для вас все подготовили, теперь занимайтесь эфиром сами». Стримеры запускают трансляции на свою аудиторию в зале и в онлайне, им изначально комфортно.

Когда мы решили проводить онлайн на канале Вики Картер, а это гостевой канал для стримеров, возникли дополнительные моменты. Стримеров нужно было готовить к эфиру, чтобы они не растерялись от большого количества камер и команд режиссера. Было важно, чтобы инфлюенсер соблюдал наши правила, понимал более жесткий тайминг. У себя дома он может начать и закончить эфир в любой момент. Поэтому мы проводили подготовительную работу, но не всегда достаточную.

А.Л.: Должен быть райдер, в котором важно обговорить, что нельзя делать в эфире. Часто, если стример популярный, мы общаемся с его менеджером. Отсюда бывают проблемы, потому что менеджеры не всегда доносят важную информацию в полном объеме.

М.Л.: Мы рассчитывали, что стримеры за счет экосистемы Twitch и простых механик перевода своей аудитории на канал Стримфеста LIVE дадут нам просмотры. Но многие из ретрансляций делались в холодную: то есть аудитории не объяснялось, почему она сейчас смотрит именно наш канал, почему ее на него переключили. Стримеры часто не выходили в эфир сами, никак не подогревали интереса к Стримфесту. Поэтому мы в очередной раз убедились, как важно обеспечивать этот разогрев для наших инфлюенсеров: даже на студийном ивенте нужна большая оборудованная велкам-зона, откуда каждый сможет запустить свой стрим, сделать интересные фотографии и выложить их свои соцсети. Словом, аккумулировать интерес аудитории, прежде чем отправляться в чужой эфир и вести аудиторию за собой.

Если говорить про достижения фестиваля, то что точно получилось?

А.Л.: Тот факт, что мы собрали 3 млн на закрытом рынке и вообще сделали ивент — само по себе большое достижение. Мы первый и пока единственный игровой фестиваль в СНГ, который вообще в этом году состоялся.

М.Л.: В России — точно. Прошло девять месяцев года, а мы первый игровой фестиваль в России в формате В2С, ведь развлекательные стримы — это, в первую очередь, видеоигры и киберспорт. B2В-мероприятия на эту тематику, естественно, были. Был онлайновый VK Fest, но там в основе музыкальный контент. Вторым игровым фестивалем в этом году будет «Игромир», а третьего вообще может не состояться.

А.Л.: В обычное время 3 млн — это даже не самый большой пакет офлайнового фестиваля, но на карантине в пандемию найти денег, получить их и отработать так, что партнеры довольны, — это очень круто.

М.Л.: Я лично горжусь визуалом. Я как человек, рулящий видеопродакшном, всегда найду, что улучшить, но мы действительно сделали хорошую картинку. И это большая заслуга сдвоенной команды. Команды Lisetskiy Production и Electronic Mushroom подружились и отработали ивент в полном взаимопонимании — это дорогого стоит.

А.Л.: Мы собрали 2 млн рублей для врачей. Это никак не характеризует фестиваль, но если говорить про достижения, для нас это очень важно.

М.Л.: Мы смогли провести Streamfest Awards. В какой-то момент казалось, что сил на премию нет вообще. Но мы сделали этот экспериментальный формат, привлекли в качестве голосующих лидеров игровой и стрим-индустрии, топовых стримеров, медиаперсон. Мы отработали это голосование и технически, и с точки зрения коммуникации.

А.Л.: Еще мы сохранили и поддержали команду Стримфеста. Один из наших ведущих из Питера сказал: «Ребята, у меня в этом году вы — третье мероприятие. Я счастлив, что вы у меня есть, потому что вы не даете забыть, кто я такой». Это был психологический и финансовый момент, что тоже важно: мы платили людям, у них была работа в карантин.

Как дальше будете проводить Стримфест, так или иначе все закончится, мы выйдем в офлайн, что вы возьмете себе в свой будущий фестиваль?

А.Л.: Если бы мы делали онлайн фестиваль сейчас, то уже с пониманием, как важно прорабатывать программу, и делать это заранее. На это нужно закладывать деньги и время. А еще, полагаю, вместо аренды третьей студии направили бы деньги на продвижение.

Это, кстати, боль, которую выявил Стримфест LIVE. Третий год мы не можем найти человека, который бы выстроил эффективную стратегию продвижения фестиваля, при этом хорошо понимая, как устроена игровая индустрия и стрим-комьюнити внутри. Нужен человек с системным мышлением и записной книжкой, который бы направлял PR-команду, ставил адекватные цели и понимал, как продвигаться и в стримах, и на традиционных площадках. Если вы такой — напишите нам 🙂

М.Л.: Новый Стримфест намечен на апрель 2021 года, площадка готова, уже сейчас мы ведем продажи, но с оглядкой на эпидемиологическую ситуацию. Также есть небольшие планы сделать новогодний ивент в формате онлайн-посиделок — не в статусе Стримфеста, но под его эгидой.

Стримфест LIVE — это наш план Б при неблагоприятном развитии событий. Главная цель на сегодня — вернуться в офлайн в «Сколково». Огромный технический опыт live-ивента мы применим к новому фестивалю, в первую очередь, к трансляции главной сцены.

 

 

Татьяна Лебедева

Задайте вопрос команде!
Принимаем ваши вопросы об ивентах и публикуем ответы от специалистов «Ивентологии»
Рекомендуем посмотреть
Задайте вопрос команде!
Принимаем ваши вопросы об ивентах и публикуем ответы от специалистов «Ивентологии»